База мирового терроризма.

Российский террор: протокол вскрытия

Основатель российского государственного терроризма. Яков Свердлов

 

Истоки нынешних терактов находятся в начале 20 века, когда малочисленная политическая партия большевиков только начала свою историю в недрах Европы. Ее костяк находился во Франции, Швейцарии, Германии и Италии. Собственно говоря, большая часть политических иммигрантов были людьми, обеспеченными настолько, чтобы позволить себе безбедную жизнь, не утруждая себя зарабатыванием денег. Тот же самый Ульянов-Ленин вполне мог себе позволить жизнь бродячего философа и вольного теоретика. Его семья имела свой, пусть и не огромный доход, а потому Ильич вел жизнь молодого буржуа, от безделья погрузившегося в модные революционные упражнения. Как вскоре оказалось, теория и практика революции отличаются кардинально. Для ее осуществления нужны деньги, много денег, а получить их из воздуха никак не удавалось. И тогда ради финансирования нужд партии было решено, что любые ограничения в этом важном деле – неприемлемы.

Таким образом, были утверждены различные тактики добычи наличных. Самое простое – поиск и окучивание меценатов, которые бесятся с жиру и готовые ради куража финансировать любые экзотические движения. Как не смешно, но это была достаточно плодоносная жила. Богатеи легко финансировали всякие проекты, от поиска Шамбалы и до создания общества всеобщего счастья. Большевики были одной из небольших кучек проходимцев, которые вытягивали деньги из карманов под красивые сказки. Впрочем, это происходило до большевиков и происходит после них. Кроме того, весьма распространенной практикой большевиков была подставная женитьба. Обычно находили страшную дочь богатых родителей, женились на ней и потихоньку тянули деньги богатых Буратин. Никаких этических проблем не возникало.

Со временем аппетиты партии росли, что заставило партийцев сойтись с публикой совсем лихой. Руководство партии решило, что изъятие денег у эксплуататоров является делом правильным, невзирая на методы этого изъятия. Тогда стал вопрос о границах допустимого насилия. Решился он просто. Границы были признаны предрассудками, а потому налетчики от большевиков стали громить банки и транспорты с деньгами со всей пролетарской ненавистью. При этом сам Владимир Ильич и прочие эмигрантские большевики вполне ясно представляли, за какие деньги они живут и развлекаются. Они знали, что на этих деньгах вполне толстый слой крови, но их это не смущало. Но дело в том, что бродить по кабакам и борделям в Европе – одно дело, а добывать деньги в России – совсем другое. На местах приходилось практиковать самые жесткие методы отбора денег, но самое главное, жесткие методы насаждались и в самих боевых бригадах, занимающихся грабежами. Дабы не допустить предательства внутри таких ячеек практиковались жесткие чистки с ликвидацией неблагонадежных товарищей.

Спустя время большевики захватили власть в стране и столкнулись с необходимостью очень быстро демонтировать старую систему власти и создать собственную. Речь не шла о свержении одного царя и коронации другого. Предстояло полностью поломать предыдущую государственную машину и создать нечто, чего никогда до этого не существовало.  Для этого нужно было понимать, что и как надо строить. Не удивительно, что речей пламенных трибунов хватило ненадолго и на повестке дня встало применение механизмов быстрого разрушения предыдущей власти. Теоретикам и практикам революции было понятно, что времени на эксперименты не очень много и переламывать ситуацию надо очень быстро.

Именно в этот момент большевики вспомнили тот момент, когда они решали вопрос этических границ при добыче денег. Теоретики эмигранты по началу пытались установить правила игры, которые должны были указать границы возможного насилия. Но дело в том, что именно Ленин отдал предпочтение в решении этих вопросов практикам, которые уже прошли крещение кровью. Тогда еще неизвестные широкой публике Яков Свердлов и Иосиф Джугашвили с презрением смотрели на слизняков, которых они кормили долгие годы и поясняли Ленину простую истину. Она заключалась в том, что слом системы и создание на ее месте чего-то нового неизбежно повлечет за собой запредельное насилие. Для того, чтобы выбрать верный и короткий путь, следовало снять все условности и ограничения перед применением насилия. Грубо говоря, тогда они были уверены в том, что приход к власти большевиков в России всего лишь первый шаг к мировой революции. Они считали, что переход к новой общественно-политической формации процесс неизбежный. Раз так, то все действия должны исходить не из чьих-то конкретных интересов или абстрактных этических норм, но из политической целесообразности. Причем, характер действия диктовал именно политический момент. Раз так, то для достижения цели  любые средства хороши, а достигнув ее, историю можно будет подправить, как угодно.

Ленин, будучи теоретиком, принял сторону практиков и те, во главе с Яковом Свердловым, начали действовать. Совет Народных Комиссаров одно за другим издавал постановления, которые создали машину разрушения. Был создан орган, наделенный чрезвычайными полномочиями, в частности – лишения жизни без суда и следствия.

Так, уже 7 декабря 1917 гола, была создана чрезвычайная комиссия, которая впоследствии переросла в НКВД, КГБ и теперь – в ФСБ. Нынешние конторские даже не скрывают этой преемственности и до сих пор с пиететом относятся к первому главе ЧК Дзержинскому. В следующем году, 5 сентября 1918 года, было принято еще одно постановление, которое официально сняло все преграды для насилия и одновременно дало фактическое определение формы нового государства. Название этого документа говорит само за себя «О красном терроре». Этот базовый документ повлек за собой массу других нормативных актов, которые подтверждали приверженность большевистских органов власти к террору.

То есть, с самого рождения новое государство приняло террор, как основной инструмент осуществления государственной власти. С тех пор сменилось множество поколений совковых государственных деятелей, которые были воспитаны на том, что применение террора- вещь нужная и полезная. Архивы содержат множество документов, где начиная с самого Ленина, подтверждается одобрение террора в самых его страшных формах. Теорию применения террора, основанную на практике Екатеринбургской ячейки большевиков, разработал Яков Свердлов, который был серым кардиналом большевистской резервации, вплоть до своей смерти.

Спустя некоторое время, функции Свердлова перебрал на себя Иосиф Сталин, который с успехом применил наработки Свердлова во внутренней, а затем и во внешней политике совка. Внутренняя политика нас в данный момент не интересует, а внешняя осуществлялась через организацию Коммунистического Интернационала. Но дело в том, что агенты Коминтерна готовились для захвата власти в различных странах, именно путем террористической деятельности. Для этого они проходили необходимую подготовку и получали все необходимое. Грубо говоря, это был не коммунистический, а террористический интернационал. Заметим, организация поддерживалась на высшем уровне государства и финансировалась из бюджета. То есть, еще до войны совок открыто исповедовал политику международного терроризма.

Карлос Шакал, студент университета Патриса Лумумбы

С новой силой и в новых формах государственный терроризм возник после окончания войны. Так случилось, что по окончании Второй Мировой начала рушиться Британская Империя, которая раскинулась по всему земному шару. Совок решил поучаствовать в переделе мира и внедрить своих людей в различные осколки Империи. Кроме того, Британия несколько столетий держала в своих руках ключи от морей, которые тоже стали выскальзывать из ее рук. Совок сосредоточился на нескольких направлениях: Китай, Корея и Индокитай, Ближний Восток и Латинская Америка. К тому времени Сталин имел огромную армию, вооруженную достаточно современным оружием, но Штаты получили отмычку от любой ситуации, в виде ядерного оружия. Возникла ситуация, когда течение времени вынуждало сокращать численность собственной армии, которую, в отличие от военных лет, надо было кормить и снабжать самостоятельно. Кроме того, достаточно неплохое оружие стало стремительно устаревать и надо было переключаться на реактивную авиацию, ракеты, ЯО и прочее. Тогда у власти уже собрался костяк людей, которые могли мыслить прагматично и было принято решение о том, что немедленная война с Западом уже не так очевидно выиграшна. Именно тогда была вынута из нафталина идея террористической борьбы, как наименее затратная и наиболее применимая к сложившейся ситуации.

В этом смысле наработки НКВД времен Коминтерна оказались как нельзя кстати. Не все было вырезано, а кое-что закладывалось «на вырост», с перспективой. Такой спящей и никогда не пользованной агентуры было достаточно много, но только некоторая из них получила всеобщую известность. Самый известный случай связан с «Кембриджской пятеркой», группой студентов Кембриджского университета, которые были завербованы с тем, чтобы через пару десятков лет, когда  безусловно займут важные посты, начать их использовать. Такие длинные схемы были коньком совковых спецслужб, а их наработки перекочевали к ФСБ. Но это лишь то, о чем мы знаем. Агентура была разбросана по всему миру и ждала своего времени.

Тем временем события развивались в восточном направлении и поначалу все складывалось довольно гладко. Коммунисты Китая и Кореи довольно легко принимали все концепции, предлагаемые совком и там все двигалось практически открыто. Другое дело – Латинская Америка.

Туда потихоньку впрыскивался яд, который в конце концов дал обильную поросль, которая стала называться «левацкие движения». По сути, это были прокоммунистические течения, которые так или иначе основывались на идеях коммунизма. Если упрощенно идея коммунизма выглядела «отнять и поделить», то у этих движений неплохо получалось только с «отнять». В этом они были похожи как близнецы, а вот с «поделить» — возникали проблемы. Тем не менее, процесс потихоньку пошел и стал набирать обороты. Кремль давал начальный импульс в виде подготовки ключевых кадров к ведению партизанской, а по сути – террористической войны, и потом снабжал необходимыми материалами и оружием. Новшеством стало автономное финансирование боевых групп. На примере Латинской Америки легко проследить, как это работало.

Как мы отмечали ранее, любое противостояние является соревнованием в количестве ресурсов. У кого их больше, тот, наверняка, выигрывает. Поэтому, тактика террора предполагала минимум вложений ресурсов, но за счет размера проблем, которые несли террористические группы, им следовало противопоставлять большие количества полицейских и армейских сил. Это стоило куда больших денег, чем требовалось для создания очага напряженности. Кроме того, террористы почти сразу приступали к грабежам, захвату заложников, с целью выкупа, и прочим подобным вещам, которые применяли еще большевики. То есть, боевые группы обязаны были перейти на самофинансирование и почти полную автономию.

Здесь Москве выпал настоящий джек-пот. Одна из таких боевых групп умудрилась провести удачную операцию по захвату власти на Кубе. По большому счету, сделать это было не сложно. Курортный рай не был милитаризирован и правильная тактика, помноженная на удачу, принесла успех. После этого Куба стала плацдармом для всех боевых групп, оперирующих в Латинской Америке. Из совка на Кубу прибывали инструкторы, а из соседних стран – «борцы за светлое будущее». Спустя некоторое время бестолковые борцы превращались в опытных диверсантов. Получив стартовый капитал, они внедрялись в целевые страны, где сколачивали ударные команды, которые начали длинную череду попыток переворотов в самых разных странах. Совок это устраивало, ибо можно было действовать через прокладку – Кубу. А прокладка оказалась более, чем сговорчивой. Умерший туризм лишил ее основной статьи доходов, и она попала под полную зависимость от Москвы. Кремль манипулировал Кубой, а та – множеством боевых групп, расползшихся по всему региону. В 60-х годах Латинская Америка уже вся билась в конвульсиях, вызванных действиями красных террористов. Что характерно, на фоне войны во Вьетнаме Штаты захлестнули протестные молодежные движения, которые привели к массовому употреблению наркотиков, в частности – кокаина. Ударные группы Венесуэлы и Колумбии быстро сориентировались и стали крышевать кокаиновый бизнес. Москва дала добро, ибо кроме самофинансирования решался вопрос отравления молодого поколения Штатов. И вот главари террористических групп рассмотрели архаичные структуры наркодельцов, которые работали неэффективно и опасно. Было решено полностью прибрать к рукам весь кокаиновый наркобизнес. Имея развитую подпольную структуру, имея навыки конспирации, а также опыт проведения силовых операций, вчерашние «левацкие группировки» очень быстро перелицевались в наркокартели, которые и до сих пор не удается ликвидировать. Все это потому, что наркосети являются плоть от плоти последователями тех первых террористических, прокоммунистических группировок. Нынешний кокаиновый бизнес Латинской Америки имеет первую прописку на Лубянке в г. Москве. Так что если мы говорим Колумбийский наркокартель, то должны представлять его истинных родителей. И в завершении этой части вспомним только одно имя, которое теперь является синонимом терроризма — Ильич Рамирес Санчес (Карлос Шакал), родившийся в столице Венесуэлы Каракасе. Свое имя он выбрал в честь Ленина и этим все сказано. А если не все, то добавлю, что, будучи молодым человеком, он учился в университете им. Патриса Лумумбы в г. Москве, где он узнал о теории диверсионной войны и будучи недоучившимся инженером, уехал в палестинские лагеря подготовки террористов для получения практических навыков. Кстати о Ближнем востоке.

igil-ugrozhaet-teraktami-na-zapade-vo-vremja-ramadana_rect_6dd2832009e0dafa8aff773fbfcf8593

На Ближнем востоке ситуация развивалась несколько иначе. Арабские страны очень быстро стали наводить контакты с СССР, поскольку в 1947 году было образовано государство Израиль, которое стало основным раздражителем для мусульман в регионе. В Москву потянулись ходоки, которые получили заверения в посильной помощи. Постепенно ведущие арабские страны обзаводились своими вариантами левацких теорий, которые предполагали вождистскую форму правления. К тому времени СССР уже занял антиизраильскую позицию и начал готовить кадры, способные силой захватить власть. То есть, речь шла о подготовке террористов. Спустя время некоторые арабские страны получили лидеров, которым импонировали коммунистические теории, которые можно было адаптировать к местной ситуации. Египет, Сирия, Ирак постепенно пропитывались левацкими настроениями и, в конце концов, в этих странах пришли к власти военные, очень симпатизирующие совку, а совок поддерживал их в борьбе с Израилем.

И вот тут началось самое интересное. Совок начал массированные поставки оружия, а за оружием потянулись советники, а за советниками потянулись инструкторы. Спустя время, каждый из диктаторов дал согласие на организацию баз подготовки террористов в отдаленных местах своих государств. Особенно старались палестинские группировки. Они имели большую мотивацию, ибо потеряли возможность иметь свое государство. Самая мощная из них – Фронт освобождения Палестины, была классической террористической организацией, но и кроме нее террористов было хоть пруд пруди. Совковые специалисты подготовили первую волну кадров, а дальше дело пошло. С финансированием проблем не было, ибо почти все упомянутые страны имели стабильный доход от торговли нефтью. Совок же подкидывал новые методы диверсионной борьбы и необходимое оборудование. Самое интересное, что вместе с мусульманскими боевиками в этих лагерях проходили подготовку специалисты из «Красных бригад», кошмаривших Италию, Ирландской республиканской армии, свернувшей кровь Великобритании, а также множества других подобных  группировок, по большей части левацкого (прокоммунистического) характера. Короче говоря, в 60-70 годы мир захлестнул терроризм лубянского разлива. Примерно то же самое было и в 80-е, а потом все как-то пошло на спад. Италия уже забыла свои взрывы на вокзале в Болонье и похищение премьера Альдо Моро. Палестинские террористы явно потеряли размах и уже не захватывают авиалайнеры и прочие приметные вещи. Кто-то помнит, какой ужас наводила ИРА? Куда делись латиноамериканские повстанческие движения? Куба и та уже возвращается к Штатам. А почему? Потому, что совок, породивший или подпитывавший все эти террористические организации, сдох, а у России долгое время не было ни сил, ни средств и ни желания возрождать крупный терроризм.  Исламский терроризм остался все в тех же странах, куда его подсадил еще совок – Сирия, Ирак и Ливия. Там уже давно существовали центры подготовки боевиков, но складывалось впечатление, что у них исчез стержень, направлявший их действия. Особняком стоял Афганистан, который тоже взял на вооружение латиноамериканскую схему самофинансирования. Собственно говоря, страна превратилась в огромную нарколабораторию, которая давала отпор всем, кто пытался ее прикрыть. Здесь нет ничего нового. То же самое происходит и в Колумбии. Полиция и войска пытаются прессовать наркобаронов, а те отвечают террором и очень быстро восстанавливают свои силы. Понятно, что эти регионы живут в разных условиях, но все остальное похоже настолько, что их кровное родство можно наблюдать невооруженным взглядом. Тем не менее, здесь террор уже используется для продвижения бизнеса, а не идей. Идейные же бойцы притихли и до 2001 года о них уже почти забыли, пока Усама не решил стать знаменитым и не закусил исламский мир со Штатами. В итоге в Афганистане стало опять жарко, Ирак и Ливия тоже нарвались на неприятности, а теперь и Сирия уже не может держать за пазухой базы террористов, ибо идет открытая война.

Но вот у гражданина Путина появились деньги, а старые связи никуда не пропали. И надо было только пустить струйки денег в иссохшие каналы, как все начинает восстанавливаться и приходить в движение. Еще лет 19 назад никто слыхом не слыхивал об ИГИЛ, а теперь эта организация вышла на первые строчки угроз мировому сообществу. Что характерно, организаторами этой якобы религиозной организации стали бывшие сотрудники служб безопасности Ирака, времен Саддама Хуссейна. А мы помним, что в РФ и совке обучалась масса будущих офицеров армии Ирака и его спецслужб. Оно и понятно, армия использовала новейшее российское оружие, а спецслужбы работали по методике российских коллег. В частности, в ведении спецслужб находились и лагеря по подготовке боевиков. То есть, оставшиеся без работы и перспектив спец службисты вдруг обрели стартовый капитал и необходимое оружие для начала своей бурной деятельности. Кроме того, эта пока никому неизвестная организация получает личный состав на четверть, а иногда и на треть, состоящий из граждан РФ и некоторых стран СНГ. Что характерно, рьяный борец с терроризмом, а теперь и ИГИЛ, не проводит в России ярких задержаний именно этих террористов. Они спокойно едут воевать в Ирак или Сирию, потом возвращаются на отпуск в РФ и возле их домов не собирается десяток БТРов и стада спецназа. Никто не штурмует их квартиры и дома.

А потом в Бельгии, Франции, Турции, самом Ираке и других местах происходят теракты, ответственность за которые берет ИГИЛ. Очень удобно. Еще ни разу ИГИЛ не проявил себя в тех местах, где им не нужно оказывать давления. Кто-то помнит теракт в Швейцарии или Австрии? Вряд ли. Даже в Германии, под верх наводненной арабскими беженцами, терактов нет. Или вот Чехия, президента которой РФ купила с потрохами, в ней кто-то помнит теракт? Ничего подобного. Теракты гремят там, где Путин желает показать свою силу. Гибридно. От третьего лица. Но сразу после терактов его личные клоуны сразу же напоминают о том, что без уступок России теракты будут продолжаться, а вот она их может прекратить. Тут вообще говорить не о чем. Сами себя документируют. Что самое интересное, ИГИЛ берет на себя ответственность, но никогда не выдвигает требований, как это делали ранние террористические организации. Очевидно, что если им задать вопрос о том, почему теракт именно во Франции, они даже ответить толком не смогут. У них просто не может быть никаких целей в Ницце или Париже. Они явно отрабатывают заказ, даже не утруждая себя теоретическими обоснованиями терактов.

Короче говоря, теракты для России – обычное дело. Если надо, Путин легко угробит сотни, тысячи или сотни тысяч своих граждан. Это он показал в Чечне и в других местах. В российской верхушке напрочь отсутствуют предохранители от применения террора. Этих предохранителей уже нет более 100 лет. То, что мы сейчас знаем как РФ, корнями сидит в совке, который стал первым в мире государством, где террор был официально признан элементом государственной политики. Кто этого не понял и хочет сыграть с Путиным в подкидного, непременно пожалеет об этом. Мы же выскажем некое предсказание. Террор безусловно сойдет на нет, если удастся разрушить его базу. Эта база называется Российская Федерация. Как только она перестанет существовать, через год терроризма, в том виде, который мы знаем, уже просто не будет. Лечить симптомы болезни – бесполезно. Лечить надо причину болезни, а симптомы исчезнут сами.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s